Почему мы плохие стратеги?

Однажды психолог Хал Хершфилд заинтересовался вопросом - почему американцы редко копят на старость? Люди живут дольше, пенсионный период удлиняется, и было бы логично если бы американцы откладывали больше. Но в последние 10 лет уровень накоплений «на старость» падал.

Хершфилд провёл эксперимент. Испытуемым предлагали размышлять о себе настоящих, о себе будущих, о ком-то другом в настоящем и о ком-то другом в будущем. В это время ученые сканировали их мозг.

Наибольшая активность мозга предсказуемо наблюдалась в момент размышлений о себе здесь и сейчас. Мы вообще любим думать о себе. При размышлении о посторонних людях активность резко снижалась. При этом, к изумлению ученых, раздумывания о себе будущих вызвали столь же пассивную реакцию мозга, как и при мыслях о посторонних. Иными словами, для человека откладывать на старость - все равно, что отдать деньги незнакомцу.

В те далекие годы, когда наш мозг формировался, необходимости думать о будущем не было. Люди рождались, жили и умирали в одних и тех же декорациях, веря, что будущее – в руках божьих. Менялись только сезоны, и заботиться приходилось, например, о подготовке к зиме, то есть об очень близком грядущем. Эта функция просто не сформировалась за ненадобностью. Размышления о будущем - очень трудная когнитивная задача. Ученые назвали это Present Bias, «искажение настоящего». Им же объясняется прокрастинация: страдать от негативных последствих в будущем будет «посторонний» (будущий «я»), а удовольствие от лени получаем мы сами (настоящий «я»). И то, что мы объедаемся сладким, прекрасно зная чем это закончится. И что большинство предпочтут маленькую награду здесь и сейчас большому призу в будущем. Если мы соглашаемся на проект, на который у нас не хватит времени, только потому, что нам сложно сказать «нет» сейчас, работает тот же феномен.

На стратегических сессиях я порой наблюдаю, как люди, еще недавно вызывавшие такси по телефону и стоявшие в очередях за авиабилетами, уверяют меня, что в их-то отрасли в ближайшие 10 лет ничего радикально не изменится. С уверенностью, достойной лучшего применения, они разглагольствуют о том, что автоматизация, искусственный интеллект, электронная коммерция – все это обойдёт стороной их уютный рыночный уголок. Что крупным корпорациям неинтересен их продукт. Что маркетплейсы – это только для b2c. И так далее.

Когда новая технология или стартап подрывают целую отрасль, и еще недавно успешные бизнесмены в растерянности наблюдают как рушатся их детища, это происходит потому, что им сложно было думать о будущем. Наиболее же успешные компании делают это постоянно. Например, одна крупная сталелитейная компания активно инвестирует в разработку продуктов, способных в будущем заменить сталь. Они понимают, что стали рано или поздно найдётся более легкая, прочная и дешевая альтернатива, и хотят быть к этому готовыми.